Календарь новостей
пнвтсрчтптсбвс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

вОренбургские варяги. Гендиректор «Газпром добыча Астрахань» Михайленко: много интересных подробностей…

14.01.2015, 01:18

 

Когда мы говорим «Газпром», то подразумеваем, прежде всего, деньги. Национальное достояние, газ – всё это номер восемь. Национальное достояние мы уже проходили во времена славные: всё было общим, а посему своего ничего и не было, а если шибко хотелось стать обладателем чего-то персонального из жирного общего куска, за индивидуумом, как правило, выдвигались интервьюеры из ОБХСС (некогда отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности при МВД СССР). 

Приход нового времени легализовал возможность персонального накопления ресурсов, капитала в первую очередь, но не искоренил любовь частных лиц поживиться за счёт всех и вся. Следствием такого положения дел стал этот материал. 

Старая сказка на новый манер

Итак: в роли ОБХСС службы экономической безопасности (налоговики и полицейские), Закрома Родины играет Газпром, возмущённую наглостью публику умудрился сыграть аж банкир (хотя, казалось бы, чья бы корова мычала) и, наконец, в роли расхитителей народного имущества играет целая плеяда актёров из Оренбурга и Сергей Анатольевич Михайленко – депутат думы Астраханской области и руководитель «Газпром Добыча Астрахань».

Пока каждый астраханец не работает в Газпроме, он мечтает туда пристроиться в качестве хоть водителя, хоть охранника. Далее аппетиты растут, требуется карьерный рост; у многих получается, мечты сбываются и вот уже спустя много лет многие добираются до самого пика вершины регионального роста, остаётся совсем немного до чина руководителя всего этого местного… достояния. Но тут появляется внезапный Оренбург со своими отпрысками (слово, если вдуматься, меткое, но грубое, однако здесь именно оно к месту как ничто) и астраханская песня льётся под чужой лад на пришлый мотив. Почему это произошло? Может всё дело в хороших заносах. Хороших даже для «Газпрома». Настолько, что местным до такого бакшиша не одну жизнь копить даже на управляющих должностях второго порядка здесь, в многочисленных офисах монополиста.

А у оренбургских хватило и ума для того, чтобы поднять нужные суммы, и самих сумм. Не хватило только чувства меры и умения заметать следы, а так операция по десантированию сюда целых штабелей из какого-то там бурга. Орда целая пришла гуртом, осела табором, притянув за собой длинный шлейф финансово-экономической тины, к которой смело в самом начале можно дописать «пау».

Тренеры Мавроди

В данном контексте мы коснёмся одной из самых, казалось бы, малобюджетных сфер газпромовской деятельности и назовём её общим названием эколого-медицинской. В оренбургском филиале «Г» (далее и везде это обозначение Газпрома - прим. авт.) на этом поприще трудилась компания друзей, часть из которых приходилась друг другу мужьями да жёнами. 

Скооперировавшись таким образом по прайдовым признакам, они сколотили фирму «МЭЦ», то есть «Медицинский экспертный центр». Их бы наверняка взял бы себе в тренеры Мавроди, но он тогда ещё отбывал наказание. Фирма эта занималась оказанием медицинских и смежных услуг всем заинтересованным сторонам, а именно разным кусочкам одного большого «Г». Не отказывали ни оренбургским коллегам, ни астраханским, никому. За свои услуги брали солидные суммы, ничем, впрочем, необъяснимые с точки зрения соотношения работ к результату. К слову сказать, «МЭЦ» умудрялся показывать результат, не производя никаких работ. Это достигалось путём переделывания штатных документов «МЭЦ» по уже готовым проектам под абсолютно новые бумажки. За несколько листов формата А4 заказчики платили десятки миллионов рублей, среди них и астраханский «Г» с кормчим Михайленко.

Бедный Миша-Крематорий

С 2005 года существовал «МЭЦ», учреждённый начальником медицинской службы «Г» добыча Оренбург» Алексеем Тиньковым. Три года эта контора занималась как вполне обычными методологическими работами по вполне реальным заказам, так и абсолютным леваком – то есть делали деньги из воздуха. Миллионные средства проходили через филиал «Банка Москвы» в Оренбурге, да так лихо, что при проведении очередного транша через счёт «МЭЦ» заместитель директора банка некто Лямц сделал запрос друзьям-газпромовцам на предоставление документов по операциям на шестьдесят пять миллионов рублей. Банкирам выгодно иметь богатых клиентов, однако при таких финансовых движениях и сам банк может попасть под контроль, так что Лямц подстраховался и поступил верно – деятельностью детища Тинькова Лёши заинтересовались: финансовая разведка, налоговики, полицейские. 

Над «МЭЦ» вовсю сгущались тучи, а двадцатого мая 2008 года грянул гром – вызвали на допрос директора аффилированной к «МЭЦ» ООО «Гелиокс», директором которого была госпожа Тинькова, она же жена Тинькова. Ко всем злоключениям на голову товарищам из «Г» свалилась запись переговоров одного из соучредителей «МЭЦ», на которой он без обиняков рассказывает некоему собеседнику о схемах работы всей конторы. Вкратце она выглядит так: от «Г» получали заказ – суммами не гнушались и относительно мелкими даже, - затем предоставляли липовые справки о проделанной работе, на счета «МЭЦ» поступали средства от «Г», которые распыляли по фирмам-однодневкам одного доброго человека, забиравшего себе 6% от поступивших средств, далее он возвращал друзьям 94% суммы наличкой. Представьте себе сотни миллионы рублей, перевозимые в сумках микроавтобусов обычными, в общем-то, работниками «Г» и вспомните историю с Мишей-Крематорием. Мне его стало просто невероятно жалко. 

По некоторым данным, Тиньков благодаря такому подходу к работе стал рублевым миллиардером, а его соратники по проекту также обогатились на ровном месте, не прилагая особенных усилий, кроме разве что кошелька-бухгалтера синдиката г-на Перепелкина. На видео, где человек до боли похожий на означенного г-на рассказывает о схемах, следуют пояснения и о том, что не гнушались никакими заказами: и стельки поставляли по завышенным дважды ценам больным газпромовцам за счёт самого «Г», и кровать специальную для клиники продали этойже клинике (тоже из мира «Г») с «перевесом» в восемьсот тысяч рублей. Поделили по двести тысяч на всех учредителей «МЭЦ».

Всё это НДС

Одним из краеугольных камней для оренбургских стал НДС. Видите ли, проводя многомиллионные операции, они были вынуждены платить государству этот самый налог. А поскольку деньги банально перекачивались из достояния национального в кошельки персональные, то и платить налог было как-то не очень что ли. Это как угнать машину и заплатить НДС так, словно ты её купил – странно, что ли, так сказать-с. И ведь не дрогнули, и начали писать слёзные бумаги о возврате НДС в связи с затратами на расширение бизнеса. Вот такой маленький и характерный штришок: ничего не боялись, не стеснялись, «работали» с полным видом настоящей фирмы. Есть такая норма в законодательстве, согласно которой предпринимателям может быть возвращена та часть налогов, которая была потрачена для развития бизнеса. Вот они на это уповали, мол, бизнес расширяем. Весь же бизнес заключался в том, что на обычном сканере г-н Перпелкин де оцифровывал результаты работы штатных сотрудников «МЭЦ» (они там действительно были и занимались настоящей деятельностью, получая причитающиеся копейки), немного переделывал, после чего ставил подпись наравне с остальными руководящими членами «МЭЦ» и факс уходил к заказчику. Так причем здесь Астрахань, «наш» местный «Г» и С.А. Михайленко?

Договора, договора… Какие договора?

20 мая 2008 года жену Тинькова вызывают правоохранители. Требуют отчёта по нескольким эпизодам сотрудничества с «МЭЦ». Документы и компьютеры уничтожаются, на счетах фирм-однодневок разом зависают свыше двухсот миллионов рублей. Впоследствии Перепелкину придётся восстанавливать всё это без зазрения совести и оглядки на тех же правоохранителей. При этом основную деятельность «МЭЦ» это никак не трогает и спустя три дня тот же муж Тиньковой, заинтересовавший органы, заключает договор с «Газпром добыча Астрахань» на оказание услуг по «Эколого-гигиеническому мониторингу в районе АГК». В переводе на русский – взять пробы воздуха, людей посмотреть, себя показать и сделать вывод – как же жизнь-то у Аксарайска - есть или уже пора сворачивать удочки? 

Без каких-то семидесяти тысяч рублей стоимость такой проверки оценили в сто миллионов рублей (с учётом НДС)

Спустя полгода Тиньков с Перепёлкиным подписывают акт приёма-сдачи по первому этапу, стоимость которого оценивается в 23 246000 рублей. Со стороны заказчика стоит подпись «нашего» Сергея Михайленко. Денежки из «ГэБанка» поехали в филиал «Банка Москвы» в Оренбург. Лямц там видать снова схватился за корвалол и начал снова писать запросы на такие перемещения сумм. Но кроме Лямца были ещё и заинтересованные лица от государства. Они-то и сделали запросы сразу в несколько медицинских учреждений Оренбургской и Астраханской областей, согласно которым сделали вывод – никто и ни с кем никаких договоров не заключал. Знаете, как это обычно бывает – пробы отбора волос и крови передаются в разные лаборатории, те их скрупулёзно изучают, коли проб должно быть свыше тысячи, а потом передают результаты заказчику на составление аналитической картины. Картины рисовали так, без всяких лишних подробностей и задействования врачей и санитаров двух регионов.

Тыл Михайленко

«Хромато-масс-спектрометрический и атомно-абсорбционный анализ проб сырья и воздуха» - вот, что должно было быть в указанных «МЭЦ» работах стоимостью сто миллионов рублей. В ноябре 2008 года «МЭЦ» уже было на таком слуху, что без тщательной проверки работ подписывать этот акт было по меньшей мере странно. Однако астраханский депутат-газовик Михайленко это сделал. Скромные двадцать три миллиона промелькнули и исчезли шесть лет назад в финансовом амбаре «МЭЦ». И это только один момент из жалких двадцати трёх миллионов рублей по эколого-медицинской линии. Один момент! А сколько их ещё было, а скольким предстоит быть снова? Какие жирные куски сочатся и падают на золотой стол при заключении контрактов на поставку труб, оборудования, а ведь есть ещё и иностранное оборудование! Не со всеми странами у нас санкции, стало быть осталось ещё русское поле экспериментов, пространство для манёвра, есть ещё в «Г-банке» купюры, можно ещё отправить, подмахнуть не глядя на листке формата А4, взглянуть в окно, посмотреть на тех, кто за всю жизнь не заработает столько, сколько поднимают в доли секунды оренбургская диаспора, возлежащая на теле перекрытой астраханской улицы. 

А какие откаты у воренбургов, представляете? Тут подмахнул, там на счёт упало несколько лямов. Ещё подписал, ещё получил. Это же просто всё – газ под давлением сам из-под земли идёт. За деньги все вписываются в «Г», делают вид, что работают. Диплом купили, работать в «Г» купили, знаний не купили. Потом удивляемся запаху газа. Хорошо, что ещё можем удивляться, при такой прожжённой коррупции как там ещё Аксарайск весь в сторону Луны не полетел, остаётся большим вопросом. В общем, газ – это легко. Просто из него сделали подобие божества и надули щёки, словно физики-ядерщики они, а не обычные бездарные двуногие, которые не могут прикрыть даже свою… свой, простите, тыл. Не воровали бы, могли бы газ бесплатным сделать. Толку от миллионов там не будет, а здесь от них сплошная головная боль – спросите у Столярова, он бывалый, раскидает рамс на раз. Да куда ж ему с жалкой десяткой тягаться даже с обычными чиновниками от медицины в «Г». 

Браво, г-н Михайленко! Разве что липовые отчёты в радужных тонах не сделают воздух чище. Наш общий воздух. Или вам персональный чистый привозят с Оренбурга? 

Ильдар Каратагандаев, Астраханский общественно-политический еженедельник "Факт и компромат" № 35 (595), 12.09.2014 г.

comments powered by HyperComments