Астраханская проституция начала XX века: как это было

Астрахань была разделена на 6 участков для ведения следственных, мировых и податных дел, осуществления санитарного надзора. За отдельными районами прочно закрепилось мнение о неблагонадежности: пьянство, драки, проституция. Канцелярия губернатора и городская Дума проводили мероприятия по закреплению правового статуса домов терпимости, по пресечению нарушений норм поведения женщинами, улучшению санитарного состояния дворов и домов, прежде всего «доходных», ночлежных, портовых бараков.

В 1904-1905 гг. в городской Думе был утвержден состав Санитарной городской исполнительной комиссии с делением города на санитарные округа. Возглавил комиссию губернатор генерал-майор Б.Л. Гронбчевский. Березовский Борис Алексеевич был избран попечителем 3-го санитарного округа, а Буслаев Яков Алексеевич – попечителем 8-го санитарного округа г. Астрахани. В поле зрения санитарной комиссии попали вопросы по санитарному состоянию дешевых квартир и ночлежек. Комиссия выявила в Астрахани 26 квартир в крайне неудовлетворительном состоянии: доходный дом Сергеева на Кутуме у пешеходного моста, который арендовал Алимбеков для тайной ночлежки, дома Бакулина и Павлова на Эспланадной, дома Меликова, Грязнова, Чернова на Набережной р. Волги, 8 домов на Кузнечной, 7 домов на Банной, включая дом Марфы Кононовой. В трущобах процветали эпидемии, проституция и все возможные формы отклонения общества от нормы поведения. Ежегодно с открытием навигации в Астрахань съезжались персы-крючники для работы по погрузке барж. Проституция, явление социальное, связанное с нежеланием самих женщин выходить из «оков терпимости».

Сохранились жалобы и прошения проституток, содержательниц домов терпимости Астраханскому губернатору, «отписки» Астраханского губернского правления в отношении закрытия домов терпимости. Одновременно, источники расширяют исследовательское поле оценки общественного мнения и государственных мероприятий в отношении проституток. Дома терпимости являлись неотъемлемой чертой района Косы и Заканавной части города. Коса-это район между кремлевским бугром и Волгой, который сформировался к началу XX века. Городской колорит этого района составляли пристани пароходных компаний «Самолет», «Восточное общество», «Кавказ и Меркурий», «Пароход», большое количество мещанских усадеб, доходных домов и домов обывателей. В юго-западной части Косы концентрировались дешевые съемные квартиры, «низкосортные» притоны, знаменитый дом Розенблюмов. За Канавой плотными кварталами (ул. Персидская и ул. 1 Армянская) располагались дома с квартирами проституток одиночек и доходные дома, переданные для занятия «древним ремеслом». Привычный ритм городской жизни был нарушен начавшимися мероприятиями властей по закрытию домов терпимости. В феврале 1910 г. в Астрахани были взята под контроль Министерства Внутренних дел деятельность содержательниц домов терпимости в соответствии с правилами 1844 и 1861 гг. для столичных и провинциальных городов России. Правила исполнялись не всегда, а в ряде городов торговля женщинами процветала.

До 1843 года наличие домов терпимости в городах провинциальных и столичных являлось нормой, а численность «жриц любви» постоянно увеличивалась. Учет домов терпимости и квартир проституток- одиночек проводил специальный орган – Врачебно-полицейский комитет, действовавший во всех российских городах. В Астрахани Губернская власть упустила такой важный момент, как создание Врачебно-полицейского комитета с функциями надзора за женщинами, промышляющими любовью, а также за содержательницами притонов. В составе комиссии был и женский врач. Долгие годы бессменным женским врачом в Татарской слободе, где были сосредоточены притоны, служила А.П. Полонская, безмерно преданная своему делу. Губернское правление выделяло средства на содержание помещений для осмотра проституток. В связи с этим губернские власти столкнулись с проблемой нежелания соблюдать Правила содержательницами домов терпимости 1861 г. Государство решило ограничивать расстояние этих заведений от церквей, школ и устанавливали другие дополнительные ограничения: санитарное состояние комнат, количество проживающих вместе проституток-одиночек. Причем, правила были едины и для столичных и для провинциальных городов.

До 1910 года в Астрахани не было точного учета женщин, торгующих любовью. Хотя по России с середины XIX в. проституция уже находилась под строгим надзором: зарегистрированным женщинам выдавались «желтые билеты» вместо паспорта, в Астрахани позже сами проститутки их называли «Желтые книжки», в нем указывали имя, фамилию, особые приметы девицы. Основной задачей властей было сосредоточить всех женщин в домах терпимости, ведь женщины, торговавшие собой тайно, без надзора, представляли опасность для общества. Число проституток не стоящих на официальном учете превышало число проституток в публичных домах, ограничения и строгая регистрация домов терпимости помогала регулировать порядок и вести санитарный надзор, чтобы избежать жалоб в городское полицейское управление «семейных обывателей», которым мешали крики, безобразия и пьяные драки. Главной проблемой была свободная или бланковая проституция. Промысел проституток-одиночек существовал параллельно с публичными домами. Было ясно, что невозможно в одном большом городе при постоянном притоке населения сосредоточить всех особ в закрытых заведениях. В связи с этим был налажен учет проституток - одиночек, которые проживали на съемных квартирах, сами «выправляли» себе «желтые» билеты. Лидером в индустрии продажной любви считался Петербург. В 1910 в Петербурге прошел 1 съезд по борьбе с торгом женщинами, инициированный женщинами дворянками. Женщины к началу XX в. активно включились в борьбу с падением нравственного уровня общества. Пытаясь отвлечь проституток от своего «ремесла» они открывали: ремесленную школу, дешевые столовые, дом трудолюбия, женские богадельни.

Задача исследователя выявить среду формирования «жриц любви». В отчетах астраханского полицейского управления сам собой формируется вывод «вовлечь женщину в разврат никто не может, пока она сама не явиться туда по разным причинам». Крупнейшим в Астрахани являлся дом Розенблюмов в 1 участке. В 5 участке по 1 Армянской ул. В доме Муралевой был открыт публичный дом крестьянкой Саратовской губернии Петровского уезда Верходимской волости и села Пелагеей Родионовой. Дом с мезонином на 12 кроватей. Часть построек дворовых занимала сама Муралева. Известно, что после закрытия заведения содержательница могла переселиться в 4-й Эпанчинский бугор (Криуша), в Ямгурчеево (Казачий бугор), 3-й участок на место Поляковича (парк Аркадия). Однако, люди не хотели соседства с такими «жительницами». Крупными центрами оказания интимных услуг в 5 участке были дома: Волкова, Бахтинсковой, Мамонтовой, Кузнецовой и др. Власти понимали, что проституция пустила в этих районах глубокие корни, закрытие заведений лишь переведет их в статус тайных притонов, вряд ли приведет к спокойствию и к чистоте нравов. Единственно, что можно было сделать – не давать разрешений на открытие новых домов терпимости или поддерживать тишину.

Сохранились редкие документы о состоянии городской женской среды в 1900-1910 гг. и прежде всего переписка Астраханского городского полицейского правления и Астраханского губернатора по вопросу многочисленных жалоб содержательниц домов терпимости на полицмейстеров и «незаконное» закрытие их заведений. Губернатором было вынесено в 1910 году решение о закрытии практически всех заведений в 5 участке, что и вызвало негодование со стороны хозяек заведений. Просительницы требовали соблюдения решения сената от 21 октября 1885 г. за № 7320, что при закрытии домов, полицейское правление должно предоставить место, куда могут быть перенесены дома. Практически каждая жалоба содержит настоятельные требования о возмещении ущерба при закрытии домов, отмену распоряжения, либо предоставления трехмесячного срока для перенесения домов. Огромное количество жалоб ввело в некоторое смятение власти Астрахани, однако, учитывая статистику, говорящую о моральном и нравственном ущербе обывателям, губернатор создал комиссию, которая приступила к проверке всех квартир в 5 участке с целью установить надзор за проституцией. С 1 января 1907 г. по 15 марта 1910 года по 5 участку по статье 44 Устава о наказаниях «за неисполнение распоряжений правительства относящихся к предупреждению непотребства и пресечению вредных от оного последствий» было 298. из которых за 2,5 месяца 1910 г. – наказано 88 лиц. Для создания Врачебно-полицейского комитета необходимо было произвести замер от дома терпимости до школы, церкви, вынести решение Пристава с депутатами, а в случае возникновения конфликтов составлять протокол и по каждому случаю от содержательницы должна быть жалоба. Меры наказаний для содержательниц квартир-проституток-одиночек: штраф 25 р. или замена его 7 сутками ареста; штраф 20 р. или замена 5 суток ареста.

Проведен анализ сословного представительства содержательниц домов терпимости в 1910 г.: из 22 домов 50% содержательниц принадлежали к мещанскому сословию, а половина были из крестьянок. Практически все содержательницы неграмотные, точнее грамотная – одна из десяти. Для большинства содержательниц доход от «терпения» был основным занятием, для проституток-одиночек по их словам также «мы, девицы, останемся без крова и куска хлеба». Нежелание расставаться с легким заработком в насиженных квартирах, с постоянными клиентами звучало в каждом заявлении, порой в жалобах во все инстанции звучал откровенный шантаж проституток, обещавших в случае закрытия официальных квартир, перейти на «тайный промысел, по притонам, подвергая себя и посетителей опасности». Проститутки грозились с закрытием домов терпимости и частных квартир проституток-одиночек перейти к занятию тайной проституцией, а лишившись медико-полицейского надзора, подвергать себя и посетителей опасности. В 1910 году в Астрахани венерическими заболеваниями было заражено 20%. Астраханский губернатор затребовал у Городского головы надзора за проституцией. В ходе проверки в 5 городском участке было выявлено, что в одной съемной квартире проживало две и более проституток, вопреки правилам – «все женщины, занимающиеся развратом и живущие вне публичного дома, должны проживать по одной». Квартиры должны были располагаться на расстоянии не менее чем на 150 саженей от Троицкой церкви, кирхи и училища. В дополнение к этим ограничениям губернские власти ввели правило устройства входа в заведения не прямо с улицы, как в торговые заведения, а со двора (в соответствии с правилами МВД 28.06.1861 «О содержании домов терпимости»). Анализ ситуации вокруг закрытия публичных домов в Астрахани приводит к любопытным фактам. За свой бизнес «торговли женщинами» боролись содержательницы домов терпимости, сохранилось более 20 писем губернатору, сами проститутки, поставившие до полусотни подписей на коллективных жалобах, но и арендаторы помещений для домов терпимости. При аренде дома для «терпимости» в обязанности арендаторов квартир входили мероприятия по приспособлению помещений для приема клиентов:

девицы сами выправляют желтые медицинские билеты и проживают в качестве квартиранток;
арендатор дает каждой девице помещение, отопление, освещение, стол, одежду и выполняет все расходы на покупку принадлежностей, необходимых для домов терпимости по закону, которые потом девица возмещает;
право принять или не принять гостя «распоряжаться своим телом» имеет сама девица. «Нас называют торговками живым товаром, своднями...мы не согласны» – из письма губернатору от арендаторов. Вряд ли хотя бы одна хозяйка признается в ином.

Однако, проститутки не желали выхода из этого «круга». При закрытии домов терпимости они не оставляли привычного занятия, а пытались найти места в других районах, где «гнездится» проституция. Судя по запискам в губернскую канцелярию в квартиры проституток-одиночек пускали неохотно, а в домах терпимости мест не было. Даже после опубликования в местной прессе материала о начале борьбы с проституцией, проститутки Астрахани узнав, что 21 апреля 1910 гг. открылся в Петербурге съезд по борьбе с проституцией, остались при своих занятиях. В своем заявлении губернатору проститутки -одиночки подвергли критике решения съезда, и неприемлемость к Астрахани. Интересно обоснование их мнения: «...деятельность просветительных обществ по борьбе с проституцией не дадут результата, проституция наоборот увеличится, т.к. в нас живет гнев, оскорбленная честь девушки». Проститутки в основном безграмотные, понимали «с основания мира были: и растления, и изнасилования, и измены, и разочарования, все не в пользу женщин».

Публикуется с сокращениями. Оригинальное название статьи: «К вопросу о возникновении у женщин отклонений от норм поведения и путях их преодоления в начале XX века на примере Астрахани».

«Астраханские краеведческие чтения», выпуск V