Как под Астраханью в 1900 году вспышку бубонной чумы ликвидировали

Проблема эпидемий не только медицинская, она относится и к исторической науке. Эпидемии во многом определяли ход мировой истории и до начала ХХ в. влияли на исход войн. Периодические вспышки различных эпидемий на протяжении ряда столетий это драматичные страницы истории многих стран и целых континентов.

В этом контексте Нижнее Поволжье относилось к наиболее уязвимым регионам России, где в силу природно-климатических особенностей эпидемические вспышки чумы, холеры, тифа, оспы и других опасных инфекций были частым явлением, а дизентерия являлась постоянной спутницей летнего сезона. На рубеже XIX-XX вв. эпидемии холеры и чумы в регионе следовали одна за другой. Для борьбы с ними требовались не только непрерывное напряжение сил местных органов власти, но и глубокие профессиональные медицинские знания. С этой целью по Указу императора Николая II от 11 января (ст. ст.) 1897 г. была учреждена «Особая комиссия для предупреждения занесения чумной заразы и борьбы с нею в случае ее появления в России» (КОМОЧУМ). Ее председателем состоял герцог Александр Константин Фридрих (принц Александр Петрович) Ольденбургский. В течение 1898-1915 гг. в России была создана мощная противочумная служба, специалисты которой участвовали в локализации и ликвидации 259 эпидемических вспышек чумы. Среди них бубонная чума в конце 1900 г. в слободе Владимировке Царевского уезда Астраханской губернии.

Слобода Владимировка (современный г. Ахтубинск) основана в 1768 г. на левом берегу реки Ахтубы. На описываемый период насчитывала 1258 дворов и 8107 жителей, две церкви, шесть начальных училищ, кирпичные и маслобойные заводы, шесть паровых для помола соли, 118 зерновых ветряных мельниц и одну паровую.

В слободе находились сельское и волостное правления, пребывали становой пристав, земский начальник, ветеринар и участковый сельский врач. Сам населенный пункт представлял собой в основном небольшие крестьянские хаты и мазанки, среди которых выделялись добротные бревенчатые дома наиболее зажиточной части жителей и каменные (кирпичные) здания торговых лавок, учебных заведений и волостного правления. Население Большинство населения составляли малороссы (выходцы из южнорусских губерний), говорившие малороссийским наречием, в слободе также проживали великороссы и перешедшие к оседлому образу жизни казахи. Основные занятия слобожан хлебопашество, скотоводство и торговля.

За свою историю Владимировка неоднократно была охвачена вспышками опасных инфекционных заболеваний. Так, например, ее жители пережили страшную холерную эпидемию 1892-1893 гг., в результате которой только в июле 1892 г. в слободе умерло более 300 человек.

Во время существования эпидемии неопределенной формы летом 1899 г. в селе Колобовке, расположенном в 66 верстах севернее слободы, и зимней эпидемии того же года в южной части Киргизской степи (современный Западный Казахстан) никаких подозрительных заболеваний во Владимировке не наблюдалось. Откуда был занесен в нее первый случай заболевания чумой, осталось невыясненным. Имелось предположение, что приехавший из степи с явлениями бубона в паху и скоропостижно умерший 28 августа 1900 г. крестьянин Семен Цимбалистов страдал подозрительным по чуме заболеванием, однако дальнейших заражений в его окружении не последовало.

Первые случаи быстротечных заболеваний, окончившихся смертельно, но не привлекших никакой тревоги среди администрации Владимировки и врачей, проявились в ноябре 1900 г. Так, 5 ноября в слободу из хутор а «зимовка Тетерятниковых» привезли старуху Екатерину Тетерятникову (61 год), болезненную женщину, почувствовавшую острое недомогание и умершую 10 ноября без наблюдения врача. Ее смерть не вызвала ни у кого подозрений, и она была погребена со всей обрядностью, включая справление поминок. В скором времени скончались несколько человек из семейства Тетерятниковых и ближайших соседей, непосредственно контактировавших с покойной.

Священник местной церкви во имя Владимирской иконы Божией Матери Федор Иродионович Степанов, отпевавший умерших, 26 ноября обратил внимание сельского врача И. А. Айклендера на три скоропостижных смерти в одной семье. Сделав обход, врач выявил новых заболевших и принял первые меры противоэпидемических мероприятий «ввиду появившейся злокачественности и заразительности болезни». 29 ноября он при содействии местной полиции установил внутренние карантины при зараженных домах.

Дальнейшие заболевания, появившиеся с 9 декабря и быстро следовавшие друг за другом, наблюдались в тех же самых семьях, не выходя за пределы оцепленных домов. Однако характер эпидемии установили не сразу. Первые заболевшие совсем не наблюдались местными врачами (сельским и уездным), следующие трактовались ими как брюшной тиф и дифтерия, но постоянство поражения лимфатических желез заставили их усомниться в правильности определения диагноза и признать необходимым бактериологическое исследование.

При получении в Астрахани тревожных известий о том, что во Владимировке от неопределенной болезни заболело и уже умерло девять человек, астраханский губернатор М. А. Газенкампф немедленно командировал в очаг заболевания докторов медицины П. И. Мессароша и Н. Я. Шмидта, которые клиническими данными осмотра больных определили чуму в бубонной ее форме. Диагноз подтвердился патологоанатомическими данными вскрытия одного из умерших, произведенного с участием прибывшего из Саратова бактериолога П. К. Галлера. Этими исследованиями определились дальнейшие действия по ликвидации эпидемии.

Общее руководство мерами борьбы с острозаразной болезнью принял на себя принц Александр Петрович Ольденбургский.

К середине дня 17 декабря все тракты и дороги, ведущие во Владимировку, были закрыты, а на следующее утро установлена линия оцепления окружностью в 270 верст (83 поста) из местных крестьян и конных киргиз-кайсаков, нанимавшихся за плату. В оцепление были включены, помимо слободы Владимировки, окрестные села и хутора.

18 декабря в слободу прибыли профессор Д. К. Заболотный и доктор В. А. Таранухин. Их исследования подтвердили ранее поставленное распознавание болезни, и немедленно была затребована свежая сыворотка Йерсена.

22 декабря приехал уполномоченный противочумной комиссией полковник князь Г. И. Орбелиани с задачей заведывания противочумными мероприятиями внутри оцепления и подчинением ему всех находившихся в оцеплении лиц местной администрации.

С получением 19 декабря предохранительной и лечебной сыворотки Йерсена и лимфы Хавкина, приготовленных в Институте экспериментальной медицины в Петербурге, борьба с эпидемией встала на более твердую почву. Со дня применения лечебной сыворотки смертность от чумы прекратилась, и все, имевшие ее ясно выраженную форму и вновь заболевшие, подвергнутые прививкам, быстро оправлялись и выздоравливали. Примечательно, что именно во Владимировке впервые в России было применено лечение чумных больных сывороткой Йерсена.

Предохранительные прививки широко применялись как среди участвовавшего в борьбе с чумой медицинского и административного персонала, так и среди жителей слободы. Первое время эти прививки делались исключительно сывороткой Йерсена, а затем лимфой Хавкина.

Местное население, уверовавшее во врачебную помощь, охотно шло на вакцинацию.

Деятельность противочумного отряда выразилась главным образом в дезинфекции и уничтожении «зараженных гнезд». С 24 декабря дезинфекцией стал заведовать специально вызванный для этой цели противочумной комиссией доктор химии С. К. Дзержговский. Для обеззараживания вещей (носильного платья) медицинского персонала и здоровых людей из населения, соприкасавшихся с больными, применялась камера-шкаф конструкции врача Мессароша. Дезинфекция помещений производилась раствором сулемы, гликоформолом и формальдегидом, также было доставлено огромное количество негашеной извести. Все имущество чумных больных, большинство их домов и помещение на кладбище для вскрытия чумных трупов уничтожено сожжением. При устройстве чумного кладбища во Владимировке трупы, засыпанные известью, зарывались на глубину не менее одной сажени (более 2 м) поблизости друг от друга. Таким образом, образовалась большая могила, на которую сделали насыпь в виде кургана, сохранившегося до настоящего времени.

Энергично принятые и правильно проведенные меры изоляции и карантина, а также применение эффективных медицинских препаратов, в кратчайшие сроки остановили эпидемию. 7 января 1901 г. Владимировка была объявлена благополучной и оцепление снято, а 16 января последовало разрешение принца Ольденбургского на откомандирование лиц, принимавших участие в ликвидации чумы.

По сведениям доктора П. И. Мессароша, одного из ликвидаторов эпидемии и по горячим следам описавшего деятельность противочумной комиссии, заболеваемость чумой среди населения слободы составила 0,26% (21 чел.), а смертность среди заболевших 76,2% (16 чел.). Следует отметить, что столь ничтожный процент за болевших и относительно высокий уровень излечившихся достигнут грамотными действиями специалистов противочумной комиссии под председательством Александра Петровича Ольде бургского, своевременно и эффективно пресекшей распространение опасной инфекции.

«Астраханские краеведческие чтения»