Вначале хочу рассказать почему я заинтересовался Миловидовым. Для меня, как, наверное, и для многих астраханцев, это имя всплыло из небытия после статьи писателя А.С. Маркова в местной газете «Астраханские известия» в 1989 г. До этого, конечно, видел и красивое одноэтажное здание на улице Свердлова и «Дом с бутылками» и другие строения, но все они в сознании существовали разрозненно.
В своей, на тот момент не такой продолжительной жизни, постоянно сталкивался со следами его архитектурной деятельности. Родился, точнее прожил свои первые семь лет, в микрорайоне завода III Интернационала. Клуб, трехэтажные кирпичные дома по улице Таганской; старая школа – это Миловидов. Потом переехали в Военный городок; стал ходить в библиотеку в районе Трусовского рынка. Напротив возвышалась башня средневекового замка, а в прозаической действительности – рабочая водонапорная башня – и это тоже Миловидов. Потом учился в Рыбвтузе. Сказочный Дом профессуры – создание руководимой им проектной мастерской. Исходил пешком центр города, открывая для себя дореволюционную красоту, как оказалось, созданную тем же архитектором. Затем, переехав в другой район, открылся Казачий, судоверфь имени Кирова, жилые дома 30-х годов, один из них украшен знакомым бутылочным орнаментом. И это все тот же Н.Н. Миловидов.
Судьба архитектора, как уже известно, сложилась трагически. Николай Николаевич был арестован 11 февраля 1938 г. Его обвинили в «активном участии в антисоветской фашистской организации и проведении диверсионно-вредительской деятельности». Прежние заслуги не были учтены и 27 июля 1938 г. Миловидов был приговорен к высшей мере наказания и расстрелян в тот же день. Ему был 61 год.
Несправедливость его, вполне счастливой до 1917 г., судьбы, на мой взгляд, заключается еще и в том, что советская власть не дала возможности в полной мере проявиться его архитектурным и инженерным талантам. Занимавший с ноября 1913 и до 1918 г. пост городского архитектора, он и при начальном периоде новой власти был вполне заметен и востребован. После революции был на должности заведующего квартотделом при военном комиссариате, в 1919 г. читал курс строительное дело в Механическом техникуме, только образованном. В начале лета 1920 г. худсовет Астраханских государственных художественных мастерских, образованных по типу ВХУТЕМАС и в нашем городе, предложил ему организовать при этом заведении архитектурную мастерскую. Миловидов, давний активный участник художественного кружка, образованного еще до революции Павлом Власовым, думаю, с радостью принял это предложение и уже в сентябре в мастерской начались занятия. Учеба проводилась шесть дней в неделю с понедельника по субботу с 17 часов до 21 часа 45 минут, продолжительность урока была 45 минут, 15 минут длился перерыв.
Миловидов в должности профессора по понедельникам, вторникам и четвергам преподавал две дисциплины – строительное искусство и архитектуру и историю архитектуры. Еще семеро приглашенных специалистов преподавали математику, начертательную геометрию, черчение, геодезию, строительные материалы, рисование и ваяние (лепку). Как видим набор предметов вполне солидный. Помимо организации учебы Н.Н. Миловидов занимался вопросами приобретения учебных пособий и материалов и составлял сметы по ремонту помещений, занимаемых мастерской.
Архитектурная мастерская просуществовала недолго, в сентябре 1921 г. она была закрыта по причине малого количества учащихся. Это было время поиска новых форм и бурных преобразований всех сторон жизни.
В октябре 1921 г. АГХМ были преобразованы в Астраханский государственный художественный техникум, который занял весь второй этаж бывшего дома Мургузова (здание по адресу ул. 3-я Интернациональная, 1 сохранилось), где до этого и располагалась архитектурная мастерская и на первом этаже которого до самого ареста в феврале 1938 г. и жил Н.Н. Миловидов с семьей. Художественный техникум просуществовал до 1926 г. и был преобразован в Астраханские художественные курсы под неизменным руководством художника и педагога П.А. Власова.
Сохранились воспоминания одной из студенток Художественного техникума, в которых она упоминает, что в 1926 г. там училась дочь Н.Н. Миловидова, к сожалению, кто это был, Варвара или Людмила неизвестно, имя она не указала. Но, видимо, идея обучения архитектуре астраханской молодежи не отпускала Миловидова и в 1923 г. он организовал и возглавил Астраханский архитектурный техникум, где читал курс истории архитектуры; техникум просуществовал до 1924 г. (сведения собраны астраханским художником П.В. Бирюковым). Н.Н. Миловидов мог стать родоначальником архитектурного образования в Астрахани, как хорошо с ним знакомый П.А. Власов, сыгравший ключевую роль в становлении художественного образования в нашем городе. Но история – дама, располагающая безграничным лимитом времени и архитектурное высшее образование все-таки стало доступно астраханскому студенчеству с образованием в 1992 г. Астраханского инженерно-строительного института (АИСИ) под руководством А.И. Сапожникова.
Н.Н. Миловидов вернулся к практической деятельности. С 1923 по 1928 г. он заведовал строительной частью Астраханского отделения Каспийского пароходства, проектировал промышленные и жилые здания, руководил работами по берегоукреплению. Позднее перешел в Горкоммунотдел. В телефонном справочнике 1928 г. можно увидеть, что у него одного из архитекторов был установлен домашний телефон, а за успешное строительство корпусов будущей судоверфи имени Кирова он был премирован поездкой на курорт. Но во многих отношениях замечательный «дом с бутылками» (ул. Молодой Гвардии, 15) стал последним его крупным реализованным проектом. С переходом к ускоренной индустриализации архитектурно-планировочной мастерской под его руководством по заданию партии пришлось заниматься застройкой кварталов судостроительных заводов имени III Интернационала, 10 лет Октября, Ленина, судоверфи имени Кирова; которая не предполагала выдающихся архитектурных решений. Н.Н. Миловидов продолжал заниматься индивидуальным проектированием, но еще и по причине недостатка средств у молодой советской республики многие его проекты, которые сейчас некоторыми авторами перечисляются как реализованные, остались на бумаге. В своей книге «Реестр раскрывает тайны» А.С. Марков пишет, что дочь Миловидова Варвара Николаевна показала ему проекты отца, которые не удалось осуществить – главный фасад автодорожного техникума, трамвайный павильон на Царевской линии, учебный корпус Рыбвтуза, клуб Каспзверрыбтреста в поселке Баутино.
Что интересно, по такому же проекту, как и клуб на III Интернационале, был построен в начале 1930-х гг. клуб имени Микояна в районе Рыбокомбината имени того же Микояна на Болде. И если первый клуб до основанья снесен в 2019 г., то второй, бывший Центр «Виктория», теперь Центр культуры и спорта, расположен по тому же адресу: ул. Авиационная, 16 в несколько перестроенном виде.
Когда речь заходит о доме Горкоммунотдела, том самом «с бутылками», обязательно скажут, что при доме была станция биологической очистки канализационных стоков. Газета «Коммунист» писала 20 октября 1930 г., что 15 октября 1930 г. была закончена постройка самого крупного жилого дома в Астрахани. Стоимость строительства составила 800 тысяч рублей, в доме 79 двух- и трехкомнатных квартир, центральное водяное отопление и лестницы из железобетона; «при отсутствии в Астрахани канализации коммунотдел решил построить при выстроенном доме биологическую станцию через посредство которой все нечистоты будут спускаться после биологической очистки». Эскизный проект главного корпуса Рыбвтуза с пояснительной запиской за подписью Миловидова был готов в ноябре 1935 г. после посещения Астрахани наркомом пищевой промышленности А. Микояном, который и дал добро на строительство. В декабре 1937 г. на общем собрании преподавательского состава, студентов института и рабфака с участием проверяющих из Наркомата снова поднимался вопрос о строительстве главного корпуса. На генплане Рыбвтуза, выполненном той же мастерской Горпроект в 1940 г. уже без Н.Н. Миловидова, нанесено предполагаемое к строительству здание главного корпуса. В плане оно, видимо, повторяет миловидовский проект 1935 г.: тоже центральная трехэтажная часть и два боковых крыла из того описания. Но помешала война, потом длительное отсутствие средств и строительство началось только в 1966 году. Такой же план здания, только уже 4 этажа и корпус развернут на 180º. Главный корпус ввели в эксплуатацию в 1968 году.
Часто, когда речь заходит о Миловидове, утверждается, что он работал в Рыбвтузе и это послужило основной причиной его ареста. А.С. Марков в очерке «Лодка с голубой каютой» в книге «Сквозь времена и годы», описывая материалы дела НКВД, задает вопрос: «Зачем Миловидов говорит, что познакомился с директором Шубой на охоте в 1936 г., если он принимал его на работу в Рыбвтуз в 1930 г.?». Дело в том, что А.З. Шуба не мог принимать его на работу в 1930 г., т.к. сам был назначен в институт в 1932 году, а в 1930 г. директором института был Ф.Г. Мартышев. Я просмотрел в ГААО штатные расписания Рыбвтуза с фамилиями с 1934 по 1937 г., при Шубе Н.Н. Миловидов там не работал. Удалось обнаружить протокол собрания профессорско-преподавательского состава рыбного института от 6 декабря 1930 г. В числе присутствовавших указан Н.Н. Миловидов, есть запись его выступления, в котором он говорит, что выпускаемый специалист должен быть не только инженером, но и конструктором, чтобы не допускать таких промахов, «какие допущены в строительстве Консервтреста». Сохранился протокол заседания комиссии 4 февраля 1932 года, слушали вопрос о согласовании программ и распределения часов преподавания начертательной геометрии и черчения между Втузом и Рабфаком «ввиду разногласий между преподавателями». Миловидову поручалось представить программу по механическому черчению к следующему заседанию цикловой комиссии, которую назначили на 8 февраля в 8 часов вечера. Становится понятно, что Н.Н. Миловидов преподавал черчение, возможно, по совместительству. Далее его фамилия в протоколах не упоминается, а 5 декабря 1932 г. протокол заседания уже подписал новый директор Шуба. В протоколе от 28 декабря 1932 г. заведующий кафедрой черчения И.М. Сущев докладывает, что составил программу курса черчения, который «должен быть увязан с практикой производства, с которой связан Астрыбвтуз». Н.Н. Миловидов как архитектор хорошо знал, что строительное черчение от машиностроительного, или как оно названо механического, отличается очень сильно. Видимо, его программа не устроила руководство, и он уволился еще до прихода Шубы.
Но Рыбвтуз в его жизни появился еще раз, уже в качестве Заказчика проектов для возглавляемой им архитектурной мастерской Горпроект, не в последнюю очередь сыгравшей в его судьбе свою трагическую роль. Видимо, в начале 30-х гг. XX века в Астрахани наряду с другими организациями проектированием занимался филиал Крайпрогора (Крайпрогор – Краевой институт по проектированию непромышленного строительства, по планировке и съемке городов, образованный в начале 1932 года в Сталинграде). 27 января 1935 г. директор Крайпрогора А.А. Сакс подписал приказ №15, в котором говорилось, что с Астраханское представительство с 1 января 1935 г. считается самостоятельным филиалом (интересная особенность делопроизводства тех лет, приказы издавались задним числом); ответственный за ведение работ – И.И. Мохначев. 4 мая 1935 г. Сакс подписывает дополнение к приказу № 15 и Астраханское представительство реорганизуется в Проектно-архитектурную мастерскую с 1 мая 1935 г. Заведующим назначается архитектор Н.Н. Миловидов с окладом 600 рублей, заместителем заведующего инженер В.А. Ненастьев с окладом 500 рублей. Мастерская располагалась по адресу ул. Советская, 17 (ныне Советская, 15), здание Горсовета, комната 60-61. Это здание бывших Городских учреждений, сейчас резиденция губернатора Астраханской области. До прихода Н.Н. Миловидова в филиале Крайпрогора уже работала его дочь Людмила, ее заявление о приеме на работу проектировщиком подано 29 ноября 1934 г. Людмила Николаевна в июне 1932 г. окончила Киевский строительный институт получив квалификацию инженер-конструктор по железобетону. Инженер-сантехник В.А. Ненастьев, окончивший в июне 1931 г. Московский инженерно-строительный институт имени Куйбышева, был принят на работу 27 февраля 1935 г. 1 августа директор Сакс утвердил поданное Миловидовым штатное расписание из 16,5 ставок производственного персонала и 4-х административно-хозяйственного. В составе трех групп: архитектурной, планировочной и санитарной было три архитектора, полставки занимал инженер-экономист.
Архитектурная мастерская, сокращенно называемая Горпроект, занимается проектированием для Рыбвтуза, Рейдтанкера, Рыбокомбината и других заказчиков. При Н.Н. Миловидове в мастерскую были приняты инженер А.В. Березин, архитектор М.В. Костев, архитектор А.В. Николаев. Работы становится все больше и больше, к концу 1938 г. в мастерской числится уже 42 человека. В начале 1935 г. мастерская начинает проектирование Дома профессуры для Астрыбвтуза. Считается, что это его проект. Если посмотреть фото фасада доходного дома спроектированного Ф. Лидвалем, то можно, на мой взгляд, заметить некоторое сходство. Н.Н. Миловидов, как известно, был учеником знаменитого петербургского архитектора Лидваля.
Сохранилось несколько листов чертежей на кальке. На чертеже фасада штамп не читается, а остальные листы – это системы отопления, водопровода и канализации, которые проектировал В.А. Ненастьев. Но Ненастьев инженер-сантехник, а архитектурную часть проектировали архитекторы.
В мастерской в тот период были и другие архитекторы: Александр Васильевич Николаев (1881–1949), окончивший в 1908 г. Художественное училище в Киеве, которое давало и архитектурное образование, автор памятника в Морском садике военным морякам; Михаил Владимирович Костев (1907–?), выпускник Ленинградского института коммунального хозяйства (1936 г.). Они вполне могли разрабатывать архитектурную часть самостоятельно или под руководством Миловидова. Все же вопрос авторства проекта до сих пор остается открытым. Строительство должно было начаться в январе 1936 и закончится до 1 января 1937 г., но фактически началось только 1 июня 1936 г. и закончилось где-то в ноябре 1937 г. На сохранившихся чертежах последняя дата на угловом штампе «17.8.1937 г.».
Атмосфера в творческом коллективе складывается специфическая, в папке приказов постоянно натыкаешься на попытки руководителей, начиная с Н.Н. Миловидова, наладить производственную дисциплину. Сотрудникам ставилось на вид, объявлялись выговоры за опоздания, ранние уходы с работы, разговоры по телефону по личным вопросам, долгие перекуры и т.д. Но, видимо, результаты были не очень, т.к. такие приказы повторялись из года в год, до определенного момента. Н.Н. Миловидову приходилось часто выезжать в служебные командировки в Сталинград и в Москву, из-за загруженности работой переносить положенный отпуск. Сохранилось его заявление «в связи с невозможностью использовать отпуск 2 недели за 1935 г. и 1 месяц за 1936 г. прошу разрешить получить компенсацию за 2 недели, а месячный отпуск 1936 г. перенести на 1937 г.». На заявлении резолюция председателя горсовета Н.Н. Богданова, наложенная 27 декабря 1936 г.: «в 1937 предоставить очередной месячный отпуск, а за 1936 – выплатить за месяц как неиспользованный отпуск».
1937 г. для Н.Н. Миловидова выдался тяжелым; не ясно, смог ли он отгулять обещанный отпуск. Но тучи стали сгущаться раньше, когда в газете «Коммунист» 15 октября 1936 г. была напечатана большая статья «Против шаблона и самотека в архитектурном искусстве» с подзаголовком «В архитектурной мастерской творятся безобразия». В статье критиковалась работа Горпроекта. Написано, что Мастерская до марта 1935 г. не имела ни одного архитектора, кроме Н.Н. Миловидова (это не совсем так, архитектор Николаев был принят 1 января 1935 года – А.С.); работы выполнялись техниками под руководством самого Миловидова; «протаскиваются его устаревшие для современности вкусы» <…> «Шубы, ромбики, бутылки, змейки – вот архитектурный арсенал Миловидова, которым он успешно оперирует, награждая ими Астрахань». Критиковались методы руководства Н.Н. Миловидова, утверждалось, что он не помогает молодым, дает противоречивые указания, отсюда неоднократные переделки, срыв сроков сдачи проектов и низкая производительность. Обычное явление – простои, не только когда нет работы, но и когда она есть.
«Миловидов бездушно относится к работникам, игнорирует их как специалистов, кричит об их ошибках на всю мастерскую с целью свалить все на работника и выгородить себя. В результате в мастерской огромная текучесть. Работники <…> уходят (Семенов, Паршиков, Каратаев)».
Критиковался и заместитель заведующего Ненастьев, руководствующийся «не нормами, а мнением Миловидова». На последнем производственном совещании в конце сентября, созванном по инициативе «осмелевших» работников «приближенные к администрации» пытались его сорвать, инженер Березин «явно пытался зажать критику», а «выступление Миловидова сопровождалось стучанием по столу обвинениями выступающих товарищей в неумении работать и т.п.». Статья заканчивалась таким выводом: «Горсовету необходимо оздоровить руководство мастерской и организовать ее работу на новых, здоровых началах». Подписали cтатью архитекторы М. Агушев и Костев, работавшие в Горпроекте.
Статья не имела видимых последствий ни для руководителей мастерской, ни для подписавших ее. Более того, в «Коммунисте» 21 декабря 1936 г. без подписи была напечатана статья «В архитектурной мастерской». В статье, похожей на ответ на предыдущую, в доброжелательной манере говорится, что уже почти пять лет при Горсовете существует архитектурно-планировочная мастерская; два года назад в ней работало всего семь человек, а сейчас 32.
В 1936 г. мастерской выполнен большой объем интересных работ. «Спланировали строительство поселков при заводах им.Ленина и III Интернационала, проект большого жилого дома для работников коммунального хозяйства (сейчас проект на утверждении в Москве). Этот дом предполагается строить на Советской улице, на месте бывшего армянского собора. Нижний его этаж будет занят магазинами». (Пяти-шестиэтажный жилой дом будет построен на месте также снесенного дома Бабаносова (ул. Советская, 25). А вместо собора устроят сквер, который сейчас называется «Армения»). Сейчас, говорилось в статье, мастерская занята внутренней отделкой астраханского Дворца пионеров, кроме того, заканчивает проектирование новой станции рыбников, проектирует два клуба для районов. Получен заказ на оформление корпусов Астраханского рыбвтуза, «которые, как известно, выглядят какими-то непривлекательными “коробками”». (В ГААО хранятся несколько листов проекта оформления фасада Южного корпуса Рыбвтуза, сейчас это корпус №1, выполненного в 1939 г. архитектором Б. Бакулиным (1910–?) Проект выполнен в стиле, который позже назовут «сталинский ампир». Входные группы украшены колоннами на всю высоту здания, антаблементами, стены – барельефами. Оформление фасада здания перечеркивает предыдущий «конструктивизм». Проекту не суждено было воплотится в жизнь, сейчас стены корпуса без лишних затей облицованы керамогранитом. – А.С.). Но заинтересованные организации не спешат с заказами на проектирование на 1937 г. Это не дает возможности равномерно построить работу. Придет момент, создастся «”пробка” накануне строительного сезона» и те же организации будут жаловаться на затягивание проектирования. Горсовету следует обязать строящие организации поспешить с предоставлением заказов архитектурной мастерской. Видимо, это связано с личными хорошими отношениями Н.Н. Миловидова с председателем Горсовета Богдановым, который в 1931 г. уже занимал эту должность; непосредственно ему и подчинялся Горпроект.
Н.Н. Миловидов с 1 июля 1937 г. просит отпуск на 2 недели ввиду болезни, Богданов подписал заявление. В конце июля Н.Н. Миловидову выдано командировочное удостоверение «для осмотра существующего клуба в селе Раздор». На обороте: «прибыл в село Раздор 30/VII-37 г. для снятия плана клуба. Председатель колхоза “Трудовик” [подпись]». Кажется странным, что для выполнения такого задания послали не техника, а заведующего проектной мастерской. 31 августа Н.Н. Миловидов подписал приказ №34 об отпуске своего зама В. Ненастьева с 3 августа 1937 г. Но на заявлении чертежницы Е.М. Фадеевой об отпуске (8 августа) стоит резолюция В. Ненастьева, следовательно, в отпуск он не пошел. В книге приказов Горпроекта подшит рукописный приказ №43 от 20 августа 1937 г. Параграф 1 гласит: «На основании выданной мне астраханским горсоветом доверенности №4 от 15/VIII-37 и заявления б.зав. мастерской Миловидова Н.Н. считать последнего освобожденным от занимаемой им должности зав. мастерской с 15 августа с.г.».
Параграф 3 – «Архитектор Миловидов Н.Н. с 15 августа с.г. зачисляется на должность архитектора с гарантированным окладом в 500 руб. в месяц». Параграф 5 – «По согласованию с председателем Горсовета т. Богдановым в целях улучшения производства работ мастерской установить с 15 августа следующие должности а) зав. архитектурным сектором – архитектор Костев М.В., с окладом 700 р. в месяц, б) зав. конструкторским сектором – инженер Березин А.В., с окладом 400 р. в месяц в) зав. сметным сектором – вакантная должность с окладом 400 р. в месяц». «Вр. Заведующий [подпись] (Ненастьев)». Видимо, для многих это было, как гром среди ясного неба. Там же подшит приказ №40 от 15 августа 1937 г., под которым еще стоит «зав. мастерской Миловидов».
Имеется перечень сотрудников мастерской, правда без даты, где напротив фамилии Н.Н. Миловидов написано «архитектор» и «Вр. зам. мастерской Ненастьев». Мне кажется, это о многом говорящая описка, как и пропущенное в приказе слово.
Сохранился интересный документ – «Выписка из протокола №24 заседания Президиума Астраханского горсовета от 2 августа 1937 года»: «Слушали: доклад т.Колодина Гостройконтроль о работе Архитектурной мастерской Горсовета. Постановили: несмотря на предупреждения и указания зав. мастерской т.Миловидову<…>». Работа мастерской и «особенно руководство Миловидова поставлено исключительно безобразно». В перечне недостатков, которые подозрительно совпадают с перечисленными в статье «Коммуниста», в частности назван проект туберкулезной больницы Водздравотдела, который вел архитектор Костин (имелся в виду Костев). Миловидов передал проект Милешину, приняв в нем личное участие. Проект забраковал экспертный комитет Астраханского горсовета. Долг мастерской на 1 июля – 83868 рублей. За необеспечение руководства и прочая, и прочая было решено снять с работы заведующего мастерской архитектора Миловидова (рядом с его фамилией уже нет слова «товарищ» – А.С.). Временно руководство мастерской возложили на инженера «т. Ненастьева», а руководство архитектурными работами временно на «т. Костева». Им было поручено предоставить свои соображения о проведении реорганизации мастерской, укреплении ее кадрами. 12 октября (!) в Горпроекте родился приказ № 69: во изменение параграфов 1 и 2 приказа №43 от 20 августа 1937 г. заведующий мастерской Н.Н. Миловидов был уволен с занимаемой должности «с 15 августа с.г. на основании постановления президиума горсовета №24 от 2 авг. с.г.». 10 октября 1937 г. в газете «Коммунист» была опубликована статья, в которой председатель Горсовета Богданов напрямую назван «врагом народа», вместе с ним Молочков и ряд других бывших товарищей. Нетрудно догадаться откуда исходила инициатива и что за этим последовало.
В январе 1938 г. Н.Н. Миловидов затребовал в Горпроекте справку о зарплате для предоставления в Соцстрахкассу. Думаю, в это время он был безработным, т.к. это учреждение выдавало пособия в том числе и по безработице. 14 января эту справку получила его дочь Людмила, о чем собственноручно на ней расписалась. Она продолжала работать в мастерской. В той справке указан заработок архитектора с ноября 1936 по октябрь 1937 г.: ноябрь 1936 г. – 1000 р., декабрь 1936 г. – 1876 р. 50 к., январь 1937 г. – 1635 р. Потом суммы уменьшаются от 1500 до 1150 р. Июль – 3270 р. 76 к., август – 1055 р., сентябрь – 120 р., октябрь – 320 р. Зарплата складывалась из гарантированного оклада и сдельного заработка за сданные проекты, в конце года закрывались заказы, поэтому видимо и бо́льшие суммы, а в течении года заявки шли неравномерно. Можно сравнить с заработками, например, техника-сметчика И.Ф. Тищенко. В 1938 г. он получил за март – 655 р., апрель – 576 р., сентябрь – 483 р., октябрь – 680 р. Но зарплату выдавали нерегулярно и с задержками, о чем и сообщали в ответе бывшей жене сотрудника мастерской на запрос об отсутствии алиментов. Сохранилась доверенность Н.Н. Миловидова своей дочери Людмиле на получении причитающихся ему денег, подписанная им 11 февраля 1937 г. Может, он в это время болел или был в командировке. Людмила Николаевна предъявила ее 11 февраля 1938 года в день ареста отца.
Людмила Миловидова проработала в Горпроекте до начала 1939 г. В книге приказов есть запись: «Приказ №17 2 марта 1939 г. Инженера-конструктора Миловидову считать уволенной с 1/III-39 г. по собственному желанию. Основание: заявление от 28/ I-39 г. с резолюцией Зав. мастерской инж. Ненастьева В.А.». Людмила уже с начала года по какой-то причине практически перестала работать, при окладе 500 р. за январь ей начислено 134 р. 40 коп., а за февраль 112 р.
В мастерскую 26 августа 1939 г. в качестве чертежницы была принята Софья Карловна Радек, дочь репрессированного деятеля революции Карла Радека, сосланная вместе со своей матерью Розой Маврикиевной в Астрахань в 1937 году на пять лет. Роза Радек вскоре была арестована и отправлена в лагерь, где и погибла в 1939 г. Софья, на момент высылки ей не было 18 лет, 9 декабря 1937 г. в Астрахани родила дочь Нину, отец которой Виктор Сидоров был расстрелян 8 декабря 1938 г. Софья Радек (1919–1994) проработала в мастерской до начала войны и в ноябре 1941 г. была сослана в Казахстан, ей удалось выжить. Дочь – Нину Сидорову ее бабушка, мать отца, в июле 1939 г. увезла в Москву и спасла от горькой участи матери. Будучи взрослой, Нина написала воспоминания, где упомянула работу Софьи Карловны в астраханской проектной мастерской.
А.С. Марков в упоминавшемся очерке о Н.Н. Миловидове пишет, что на допросе на вопрос о том, кого он завербовал в террористическую организацию, ответил, что успел только архитектора Владимира Михайловича Ананьева. Здесь напутано с именем, но речь идет об известном впоследствии астраханском архитекторе Василии Михайловиче Ананьеве, для которого это признание не имело последствий. Считается, что В.М. Ананьев (1910–1988) – ученик Н.Н. Миловидова. Действительно, в 1929–1931 гг. он работал чертежником в проектном бюро отдела благоустройства Горкоммунхоза, которым заведовал Миловидов, и учился в Астраханском индустриальном техникуме. Получив специальность техника-строителя в 1931 г., перешел на работу прорабом в коммунальный отдел горсовета и поступил на вечернее отделение Московского лесотехнического института, по специальности «проектирование интерьеров и мебели», а в 1933 г. стал очно учиться в Московском архитектурном институте. Они, конечно, были знакомы, но вряд ли его можно назвать учеником. По окончании МАРХИ в июле 1937 г. как молодой специалист на пять лет был направлен в Астрахань. В заявлении о приеме на работу написано: «прошу принять с 15 августа 1937 г.»; но Ананьев принят на работу только с 15 сентября, видимо, в связи с изменениями в руководстве мастерской. Заявление подписано Ненастьевым. Молодой архитектор достаточно быстро становится автором интересных работ и, по согласованию с председателем Горсовета, на тот момент, А.Е. Епишиным, с 1 августа 1938 г. заместителем заведующего. Бригада проектантов под руководством бригадира Ананьева (с января 1939 г. для улучшения работы мастерской Ненастьевым была введена бригадная форма организации проектных работ) занималась разработкой «рабочих чертежей по оформлению фасада стены дома, выходящей на сквер Кирова». Это всем известный фасад здания, в котором находится в том числе БТИ, с фразой, приписываемой Кирову: «Пока в Астраханском крае…».
В бригаде Ананьева работала чертежница С.К. Радек и архитектор Б.Н. Бакулин, автор неосуществленного проекта классической отделки фасада корпуса Рыбвтуза. Его идеи, как мне кажется, нашли отражение в оформлении этого фасада. В.М. Ананьев, без сомнения, на облик города повлиял не меньше, а в силу благоприятных обстоятельств судьбы и времени, даже и больше, чем Н.Н. Миловидов. Мы видим замечательный ансамбль жилых домов и площади Ленина; сквер Пушкина; элитный для начала 50-х жилой четырехэтажный многоквартирный дом с магазином «Книги» (ул. Советская, 17) и другие здания, созданные коллективом под его руководством. Но миловидовский дух, сформировавший атмосферу проектной мастерской и, конечно, оставшийся там и после его ухода, повлиял на создаваемые проекты.
10 февраля 1940 г. выходит приказ № 11, в котором сообщается, что на основании постановления исполкома Астраханского горсовета от 9.02.1940 г. (протокол №33) подписавший приказ с сего числа приступил к исполнению обязанностей директора Архитектурно-проектировочной и Планировочной мастерской.
«Параграф 2 Назначаются глав. инженером и зам. директора Колодин И.Н. (похоже, это он назван автором проекта дома на улице Советской 25, хотя он не архитектор и прежде работал заведующим архитектурной ремонтной строительной частью Жилищно-земельного подотдела Астраханского губернского отдела местного хозяйства и позже в Госстройконтроле – А.С.) с окладом 1200 руб. и помощником директора инж. Ненастьев В.А. с окладом 1000 руб. Параг. 3. Арх. Ананьев В.М. освобождается от обязанностей зам. директора и переводится бригадиром-архитектором со сдельной оплатой труда. Директор мастерской Маковский».
Решением исполкома Сталинградского Облсовета с 1 мая 1941 г. Гопроект был ликвидирован с передачей наличного состава работников и материальных ценностей вновь открытому с этого же дня в Астрахани Отделению Сталинградского Областного Проектного Треста. В июне 1941 г. началась война. Астраханское отделение Проектного Треставскоре также было расформировано, последние четыре сотрудника были уволены 21 июля. В.М. Ананьев, по состоянию здоровья не подлежавший призыву, всю войну проработает по хозяйственной части в военных госпиталях города.
В начале 1946 г. решением Астраханского облисполкома была создана областная архитектурно-планировочная мастерская «Облпроект» численностью сотрудников 50 человек, директором назначен Владимир Александрович Скрипин. Мастерская в дальнейшем и стала институтом «Астрахангражданпроект». В «Облпроекте» начали работать Б.И. Нестеров, В.М. Ананьев, В.А. Ненастьев. Судьба других сотрудников мастерской Горпроект мне не известна, но результаты деятельности архитекторов мы видим на улицах нашего города.
«Астраханские краеведческие чтения»
© Самарин А.А., краевед, г. Астрахань
© Издатель: Сорокин Роман Васильевич
Фото: ru.wikipedia.org
Публикуется с незначительными сокращениями
