55% отдают маркетплейсам предприниматели. Коммунистическая партия России выступила в защиту последних, говоря селлеру: «Нас грабят комиссии, хватит это терпеть, мы поможем», — это работает на эмоциях, но не дает классового самосознания. Это мелкобуржуазный популизм.
То есть вместо рассмотрения положения с классовой точки зрения — они уходят в популизм и намекают: «хватит это терпеть», вместо того, чтобы пояснять и давать пути решения.
Вместо: «поймите, вы тоже пролетарии, у нас путь национализировать средства производства!» — они говорят: «нам вас жаль, голосуйте за нас, и мы что-нибудь придумаем».
Ленин в работе «Детская болезнь „левизны“ в коммунизме» как раз предостерегал от заигрывания с теми, кто объективно является трудящимся, но субъективно мнит себя буржуа. Однако Ленин предлагал разъяснять, а не льстить. Парламентская же оппозиция, судя по всему, выбрала путь электоральной тактики: пожалеть «бедного предпринимателя», чтобы получить голос, вместо того, чтобы сказать ему горькую правду о его месте в производственных отношениях.
Вместо того чтобы вооружить людей самым опасным для управленцев средством — классовым сознанием, — людей просто уводят в сторону, создавая образ веры в «героя», который почему-то всех должен будет освободить.
Вспомним слова Ленина о дружбе с малым и средним предпринимательством. Да, было четко и ясно сказано: «Мелкий и средний буржуй нам не враги — они нам друзья». Однако сегодня мы наблюдаем новую промышленную революцию, которая меняет социально-экономические классы. Предприниматели на маркетплейсах становятся рабочими, использующими аутсорс. Они покупают инструменты труда и вынуждены сами оплачивать средства производства.
Это приводит к тому, что предприниматель не просто продает свой труд, как обычный рабочий, а покупает возможность продавать его, получая гордое звание «индивидуального предпринимателя». Это обман рабочих, которые считают себя буржуа, хотя на самом деле их положение кардинально изменилось.
Средство производства такого предпринимателя — это уже не оборудование в классическом понимании, а сама платформа, на которой он арендует место для торговли, то есть маркетплейс.
Диалектика средств производства: от станка до алгоритма
Средство производства изменилось.
В XIX веке рабочий приходил на фабрику, где стоял станок (средство производства), принадлежащий капиталисту. Рабочий получал зарплату.
В XX веке мелкий буржуа (наш классический ИП) имел свой станок, свою лавку и продавал результат своего труда.
Сегодня селлер на маркетплейсе:
- Покупает товар (оборотный капитал).
- Покупает доступ к платформе (аренда места и софта).
- Покупает рекламу у маркетплейса, чтобы его увидели.
- Оплачивает штрафы и логистику по правилам платформы.
Где здесь средство производства? Это не товар на складе. Средство производства — это сама платформа и ее алгоритмы. Это цифровая фабрика.
- Владелец платформы устанавливает правила игры (нормы выработки в виде рейтинга).
- Он назначает цену на «аренду» места (комиссию).
- Он может в любой момент «отключить станок» (заблокировать карточку товара).
Селлер думает, что он работает на себя, но на деле он привязан к цифровому конвейеру. Его «гордое звание ИП» — это формальность, за которой скрываются отношения найма, где риски (непродажа, порча, блокировка) целиком лежат на нем, а прибыль забирает платформа.
Необходимо либо национализировать маркетплейсы, либо создать государственный маркетплейс, либо ввести санкции против существующих.
Давайте оценим их с точки зрения марксистской теории, а не абстрактной справедливости.
А. Национализировать существующие (WB, Ozon)
- Плюсы: Убирается частный капитал, присваивающий ренту. Платформа может работать по себестоимости (или направлять прибыль в бюджет).
- Минусы: Если просто национализировать и оставить тот же механизм работы (комиссии, штрафы, рейтинги), то селлер не перестанет быть наемным рабочим. Просто хозяином станет государство. Без изменения производственных отношений внутри платформы национализация превратится в госкапитализм. Селлер будет так же зависеть от алгоритмов, но уже «государственных».
Б. Создать государственный маркетплейс
- Логика: Это создание «социалистического сектора» в экономике. Такой маркетплейс должен изначально строиться на других принципах:
- Не на комиссии с оборота, а на фиксированном членском взносе (как оплата услуг ЖКХ).
- Прозрачный алгоритм (он не должен быть коммерческой тайной).
- Участие селлеров в управлении площадкой (кооперативный принцип).
- Это превратило бы платформу из инструмента выкачивания прибыли в инфраструктуру, такую же, как железная дорога или водопровод.
В. Санкции против существующих
- Это временная мера. Ограничение комиссий или введение «налога на сверхприбыль» для маркетплейсов — это то же самое, что законы о фабричном труде XIX века. Это облегчает страдания, но не отменяет эксплуатации. Капитал найдет способ обойти ограничения (например, введет новые платные услуги или поднимет штрафы).
Итог
Мы видим процесс рефеодализации экономики, где маркетплейс — это новый сеньор, а селлеры — его вассалы, платящие оброк.
Ленинская идея о дружбе с малым предпринимательством была тактическим союзом против царизма, но стратегически пролетариат должен был вести за собой этих разоряющихся мелких хозяев.
Но опять же, сегодня средние и мелкие предприниматели стали такими же пролетариями. Они перешли в состав «пролетариев-управленцев», они перестали быть буржуа в привычном понимании. И даже самим своим экономическим существованием они (в производственном отношении) отвечают интересам рабочего класса. Ведь они стараются производить вещи в более дешевом сегменте (чтобы выдержать конкуренцию), задают более удобные условия труда (чтобы было удобнее работать на них, а не на корпорацию), и их прибыль чаще ниже МРОТ (из аналитики трендов и обращений самих же ИП-шников).
По факту им было бы проще давно перейти на социалистические рельсы, использовать государственно-социалистические площадки и перейти уже в полноценные рабочие рельсы: вместо хозяина стать директором, — ведь это уже кажется намного стабильнее и приятнее, чем быть собственником.
Сейчас происходит обуржуазивание сознания пролетариев, работающих на цифровых платформах. Их задача — осознать, что они не «микробизнес», а прекариат или «цифровой пролетариат», использующий арендованные средства производства.
Решение, которое вытекает из анализа, — не просто «снизить комиссию» (популизм), а обобществить платформу, превратив её из частного средства наживы в общественную инфраструктуру, управляемую самими трудящимися (кооперация продавцов и потребителей). Это и было бы настоящей классовой борьбой в XXI веке.
Суть одна: пока существует уже сформированный крупный капитал, мелкие и средние буржуа рано или поздно перейдут в армию труда, в армию пролетарскую, ведь по сути своей они пролетариями и становятся.
Выход у них один — обрести классовое сознание, осознать своё положение и присоединиться к рабочему движению. Без этого в скором времени их ожидает скорейшая смерть.
Мы живём с вами в уникальную эпоху — в эпоху, где есть беспилотные тракторы, машины, где один телефон может создавать произведения искусства и структурировать экономические планы и расходы каждого человека, где уже создают экзоскелеты и импланты для зрения людей с ограниченными возможностями.
Но все эти блага работают не на общность человеческих масс, а на прирост богатств мелкой группы людей, что мнят себя хозяевами. Лишь когда мы поймём, что всё это — наше, потому что производим это мы, лишь когда мы начнём использовать всё это для блага большинства, — вот тогда начнутся реальные перемены.
Лишь тогда, когда мы перестанем быть «одиночками» и верить в «личный успех», когда поймём, что настоящий социальный успех достигается кооперацией, а не индивидуальным хождением по головам.
