Наш город принимал в разные исторические эпохи немало известных русских и иностранных писателей. В списке визитёров Астрахани можно встретить таких литературных звёзд, как Лев Толстой, Николай Чернышевский, Тарас Шевченко, Александр Дюма-отец, Владимир Гиляровский, Максим Горький, Габдулла Тукай, Василий Шукшин, Муса Джалиль и Константин Паустовский.
Визит последнего случился 95 лет назад – в мае 1931 года. Паустовский – один из видных отечественных писателей ХХ века с мировой славой, неоднократный номинант на Нобелевскую премию по литературе, человек, перед которым на колени встала кинодива Марлен Дитрих, восхитившись пронзительным рассказом «Телеграмма».
В Астрахань Константин Георгиевич приехал накануне своей широкой известности, в период работы повестью «Кара-Бугаз», вышедшей в свет в 1932 году, после чего о нём заговорили как о большом писателе. Целью пребывания в нашем городе и восточном побережье Каспия Паустовского был сбор материалов о Кара-Бугазском заливе. Свои впечатления литератор отразил в одной из глав сборника «Книге скитаний», изданной в 1963 году.
В очерке «Разговор о рыбе» он посвятил несколько абзацев дарам астраханских водоёмов, назвав Астрахань «сердцем Каспия» и «мутной Азией».
Особенно любопытно Паустовский описывает сорта каспийской сельди: «Есть сельдь пузанок, есть волжская, есть синеморская, есть черноспинка, залом, бешенка, долгинская и астрабадская. Когда сельдь идёт густо, то один невод захватывает её иногда пятнадцать вагонов».
Далее писатель замечает, что до второй половины XIX века эта рыба была не в чести, но с тех пор, как академик Бэр стал есть её в солёном виде, «вылов сельди начал расти с чудовищной быстротой, началась сельдяная горячка, едва не окончившаяся катастрофой – сельдь перестала ловиться, она была вычерпана. Понадобились строгие меры, чтобы восстановить сельдяные стада». Эти строки не потеряли актуальности и в наши дни...
В мае 1931 года писатель описал так город, прибыв сюда на теплоходе «1812 год»: «Селёдочная сухая Астрахань открылась вдали в тяжёлом мареве и запахе лежалой рыбы. Марево это не уносили даже порывистые знойные ветры, задувавшие с востока, с так называемой Бухарской стороны». Паустовский отмечал, что время было голодное и во время плаванья в буфере подавали «только тощую селёдку и жидкий чай с маленьким куском чёрствого чёрного хлеба». Поездка на пароходах в те годы резко отличалась от современных круизов – они были переполнены людьми, в основном крестьянами, искавшими лучшей доли.
Писатель гостил у молодого астраханского журналиста Бориса Николаева в «зелёном маленьком доме с крошечным тенистым садом» на берегу Варвациева канала. Константин Георгиевич вспоминал, что единственным «оазисом» в городе была картинная галерея, куда писатель приходил смотреть на полотна Нестерова, Сарьяна и Кустодиева. Он недоумевал, откуда эти картины здесь появились и кому они нужны, ведь посетителей в галерее почти не было. Большую часть своей астраханской командировки Константин Георгиевич проводил в библиотеке краеведческого музея.
Паустовский, ждавший возможности скорее уехать из Астрахани, чтобы продолжить путешествие, гулял вдоль берега Варвациева канала, из-за мутности которого назвал его «выцветшим сновидением». Ещё он не верил, что Велимир Хлебников мог родиться и вырасти в наших невесёлых местах…
Скоро Паустовский уехал в Калмыкию. Его грузовик отправлялся от поселка Калмыцкий Базар на правобережье, где сейчас находится микрорайон Приволжье. После поездок по калмыцким и казахским степям писатель вернулся в Астрахань, чтобы по Каспию добраться до Мангышлака и Красноводска.
Интересен для современного читателя очерк Паустовского «Подводные ветры», в котором автор описывает необычное метеорологическое явление, характерное для наших мест. Ветер разгоняет между небом и землёй горячий воздух, в мутном тумане которого рождаются миражи. «Подводным он называется от слова подвод, подвох, обман».
Писатель заметил, что лица у всех астраханцев – сухие и пыльные как следствие «подводного ветра»: когда небо затягивается дымом и в воздухе появляется кислый угарный запах, белое солнце становится багровым и город опускается в «ртутный дым». В очерке описан инцидент, как в районе электростанции забил нефтяной фонтан, остановивший движение трамваев. Люди подумали, что найдено месторождение, но потом выяснилось, что это лопнула допотопная нефтяная труба, о которой никто не знал.
Живо и образно Паустовский описал своё посещение только что открывшегося рыбокомбината на Балде – крупнейшего на тот момент профильного предприятия в СССР и третьего по величине в мире. «Комбинат встретил нас жестокой вонью; он перерабатывал рыбные отбросы, всякую гниль и чешую. Из всего этого он делал искусственный жемчуг, рыбную муку, тук, клей и технические масла. Кроме того, из свежей рыбы комбинат изготовлял консервы».
Комбината больше нет, как и описанного писателем селёдочного многообразия, зато «подводные ветра» продолжают дуть «с монотонной и раздражающей силой»...
Ранее AST-NEWS.ru показывал руины Астраханского рыбоконсервно-холодильного комбината.
Фото: ru.wikipedia.org / Mos.ru
