Календарь новостей
пнвтсрчтптсбвс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

Весёлый фельетон с узнаваемыми персонажами: «Щюра и деградация»

14.09.2018 15:16

 

Весёлый фельетон с узнаваемыми персонажами: «Щюра и деградация» Главный местечковый записыватель Щюра глупел на глазах, и чем больше он выживал из ума, тем больше мнил о себе.

В конце-концов Щюра сделал то, к чему никогда и не стремился: он прославил свой Город. Теперь этот Город стал считаться во всей стране Городом дураков. Действительно, в каком другом городе напрочь бесталанная и бестолковая личность могла возглавить отделение творческого союза, собрать вокруг себя подобных себе бездарей, получать ордена и медали, качать деньги из бюджета, создать десятки местных премий и проводить почти каждую неделю творческие вечера самолюбования, так как кроме самих записывателей подобные вечера посещали только чиновники, связанные с Щюрой коррупционными отношениями на почве издания ненужной и совершенно нехудожественной литературы.

Но случилась беда: от вечеров пришлось отказаться, потому что лёгкая непроизвольная порча воздуха главзапом перешло в тяжёлый метеоризм. Звуки, которые производил Щюра, уже не могла заглушить никакая музыка и песни.

- Почему эта болезнь называется метеоризмом? – возмущался Щюра, - ведь человек несведущий может подумать, что это лунатизм в более тяжёлой форме.

- Все члены ТОЗ оповещены о твоей болезни, - доложила Мина, - и никто из наших тебя лунатиком не считает, а громким пуком старпёров не удивишь.

- Как идут дела с переводческой деятельностью? – Щюра сменил слишком щекотливую для него тему.

- Все записыватели охвачены, - четко, но безо всякого энтузиазма отвечала Мина, - я и сама набрала на небольшую книгу переводов в страниц пятьдесят.

Мина прикрыла глаза с пьяной поволокой и зачитала кусочек своего творчества:

…Я хороша и спереди и сзади,
В движенье каждом прелести налёт.
В душах поэтов птицы гадят, -
Поэтому душа-то и поёт.

Способна я писать поэмы, оды,
Но переводов требует народ,
И я пишу такие переводы,
Что удивлённо открываешь рот…

- Со-лид-но, - застонал Моня, понимающий толк в стихах.

- Расширять надо границы переводов, - сильно хлопнул по столу Щюра, чтобы хоть как-то заглушить очередной приступ метеоризма, - что-то мы застряли на странах СНГ… Надо переходить к дальнему зарубежью.

- Кто нам будет делать подстрочники с польского, чешского, немецкого, французского и английского? – ахнула Дина.

- А нам и не надо никаких подстрочников, - важно заметил Щюра, - они уже есть.

- Как? - искренне удивилась Мина.

- Вот стих австрийского поэта XIX века Морица Гартмана, - Щюра вынул из стола лист бумаги с распечатанным текстом, - в переводе малоизвестного товарища Вебера:

Песнь твоя, как зов планеты дальной,
Разбудила боль в моей груди.
Я пошёл на голос твой печальный,
И земля осталась позади.

В прошлой жизни мне не жаль нимало
Счастья походившего на тлен.
Всё, что на земле душа желала,
Обрету я у твоих колен.

Щюра помолчал, чтобы слушатели сумели понять, что не одни они могут писать неинтересную лабуду.

- А теперь послушайте тот же стих Гартмана в переводе нашего блистательного поэта-записывателя Раздрачинского:

И вся жизнь осталась позади.
Голос твой, как зов звезды-канальи,
Омрачил всю жизнь, что впереди.
Двинул я на голос твой печальный.

В прошлой жизни ел я мало сала,
Пил, не напиваясь никогда,
И не делал, что душа желала,
Но ты дашь теперь мне всё сполна!

- Солидно, - застонал Моня, - я тоже так смогу.

- Так смогут все наши записыватели, - деловито поучал Щюра, - стараться особенно ни к чему, потому что стихи никто не читает…

- А зачем мы тогда их пишем и издаём? – задала явно риторический вопрос пьяненькая Мина.

- Мы пишем для себя и других записывателей, - поучал Щюра, - будет больше записывателей – больше будем издавать.

- Великолепно! – до Мины только теперь дошло, - а когда все вокруг станут записывателями, мы снова станет гражданами самой читающей страны в мире!

Мина встала и поклонилась Щюре.

- Да здравствует Щюра! – произнесла она приветствие членов Тайного общества записывателей.

- Да здравствует Щюра! – эхом прозвучало приветствие Мони.

Щюра благосклонно кивнул своим клевретам.

- А как у нас дела с членами ТОЗ? - он знал ответ, но хотел насладиться до конца.

- Наши ряды ширятся, - похвалилась Мина, - недавно подал заявление мастер тату, так что теперь платить за тату на пояснице не надо.

- А кто наколол «ТОЗ» мастеру тату? – Щюре было действительно интересно.

- Он сам, - глаза у Мины загорелись, - я ему предлагала помочь, но он всё сделал сам при помощи двух зеркал.

- Но у него же получилось зеркальное изображение «ТОЗ»? – не понял Моня.

- Нет, - покачала головой Мина, - он колол так, как надо.

Мина замолчала, и вдруг поняла, что безудержно глупеет вместе с Щюрой.

Но времени думать не было, потому что Щюра оставался неугомонным.

- Какие задачи стоят ныне перед членами ТОЗ?

- Члены ТОЗ пишут письма во все доступные инстанции с требованием назначить тебя, благословенный Щюра, хотя бы министром культуры, - доложила Мина, - эти же требования члены ТОЗ озвучивают во всех публичных местах. Они в любую погоду в любое время суток скандируют «Щюру – в министры культуры!»

- Щюру - в министры культуры! - начал скандировать Моня.

- Щюру - в министры культуры! – поддержала Мина.

Блаженная улыбка немного осветила мрачное лицо Щюры.

Преданные члены ТОЗ ещё долго скандировали, останавливаясь только для того, чтобы выпить.

Рос Эзопов, астраханский областной общественно-политический еженедельник «Факт и компромат», №33 (793), 2018 г.

Загрузка...